Александр (на вид — лет сорока) и Николай, который старше его лет на двадцать, сидели с удочками и попивали из кружек крепкий напиток неизвестного происхождения. День уже клонился к вечеру, а ни одна рыбешка так и не клюнула.

«Погода ветреная», — пояснили мужчины, которые категорически отказались назвать свои фамилии.

Александр и Николай рыбачат удочкой, а это значит, что лодки у них нет. Три года назад Александр купил гаражный бокс для машины, но так как зимой гараж заносило снегом, толку от него особо не было. Николай уже десятый год является собственником летнего домика на берегу канала.

Любезные собеседники

У входа в кооператив красуется ржавая табличка с надписью: «Общество нарвских рыболовов». Рыбаки окрестили это место Венецией из-за того, что между боксами проложены каналы.

Александр и Николай, как и многие другие, оборудовали свои боксы всем необходимым, и летом живут там целыми неделями. «А что в городе-то сидеть? Отсюда мне до работы 20 минут на велосипеде ехать», — говорит Александр.

Подробнее говорить на эту тему рыбаки не захотели. «Спросите лучше у начальства, каково здесь живется», — посоветовали они.

Жители этой Венеции, как правило, довольно недоверчиво относятся к пришельцам, но наши собеседники были настолько любезны, что посоветовали нам познакомиться с их пожилым соседом, которого они считают самой светлой головой во всем кооперативе, и кто, по их словам, должен многое знать об этом поселке.

Рядом со следующим боксом стоял, опершись на деревянные поручни мостика, бородатый мужчина невысокого роста, который встретил нас теплым взглядом и дружелюбной улыбкой.

Приводит мысли в порядок

На веревке сушится одежда. Бокс состоит из двух комнаток: кухня с плитой и маленькой печкой отгорожена от гостиной рыбацкой сетью. В гостиной рядом с диваном играет радио.

Владелец жилища Михаил Алексеев родился на берегах Невы. В начале 1960-­х он переехал с женой в Эс­то­нию. Теперь они оба на пенсии. Летом Алексеев каждую неделю собирает чемодан и отправляется на несколько дней пожить в Венецию. По словам Алексеева, его жену сюда калачом не заманишь.

«Она терпеть не может разные пьянки. А здесь бывает и такое», — вздыхает Алексеев. Он тоже когда-то злоупотреблял алкоголем, как и большинство рыбаков. Но после августовского путча в Москве он бросил пить в один день. «Пил тогда потому, что был трусливым, и хоть я терпеть не мог ту власть, у меня не хватало смелости выступить против нее. После путча я наконец-то нашел в себе силы», — рассказывает Алексеев.

Рыбалка для него — не самоцель. «Если ничего не поймаю — не беда, а если будет улов — сделаем уху. Дочка говорит, что я ловлю здесь какую-то мелочь, но я не обижаюсь», — говорит мужчина. Дочь вместе с семьей живет в Таллинне, сын-моряк пропал без вести более двадцати лет назад.

По словам Алексеева, рыбалка помогает ему привести мысли в порядок, а то думается почему-то все время о политике. «Мне не нравится, что нарвские власти держатся в стороне от остальной Эстонии, а в нарвской прессе нет ни одной позитивной строчки об эстонском правительстве», — сказал он.

Для себя Алексеев решил, что раз уж он приехал жить на эту землю, то будет ее любить. Язык он выучил самостоятельно. «У меня есть даже хобби — переводить с эстонского языка книги. Уже перевел одну книгу Альберта Уустулунда», — отметил Алексеев.

Аренда бокса обходится Алексееву в 250 крон год, кроме этого, он оплачивает электроэнергию и охрану. «Гаражи здесь построили в 1970-х, а до этого тут были деревянные лодочные сарайчики», — поведал Михаил Алексеев краткую историю кооператива.

Из некоторых боксов доносилась музыка, стук и какой-то гул. Двое молодых людей, юноша и девушка, с ведром зеленой краски в руках приводили в порядок лодку.

«Я в этом деле еще зеленый, только два года назад начал серьезно рыбалкой заниматься, а бокс купил в январе, — рассказывает Эрих Раммусмаа, который работает в Нарве сварщиком. — Раньше у отца был здесь гараж, но он его продал, когда стало трудно с деньгами».

Живут дружно

Раммусмаа заплатил за бокс 10 000 крон и 6000 крон за лодку. «У лодки пока еще нет стекла, мотора и руля, но знакомые обещали с этим помочь», — оптимистично говорит он.

В Венеции, по словам юноши, появляется все больше молодых владельцев лодок, а такого уж страшного пьянства он здесь не замечал. «Когда соседи напротив затапливают баню, то пропускают рюмочку-другую, но по-моему, раньше здесь пили гораздо больше», — отметил он.

Раммусмаа говорит, что жители Венеции довольно дружелюбны и не действуют друг другу на нервы. Точно так же доволен он и жизнью в Нарве. «Работы мне там хватает», — обосновал свое мнение молодой человек.

Следующим шагом Раммусмаа наметил выучить в армии эстонский язык. По поводу рыбалки он считает, что ловить поначалу нужно для себя, а если уж дело пойдет хорошо, то можно будет заняться рыбной ловлей всерьез. «Разрешение на рыбную ловлю легко получить, а на местном водохранилище не проблема поймать 2,5-килограммовую щуку», — заверил нас начинающий рыбак.

Однако рыбы в здешних краях становится все меньше. «Вода стала грязной, и браконьеров много развелось», — полагает Раммусмаа.

Недалеко от молодых лодочников весело проводили время два Виктора, один из которых пребывал уже явно в приподнятом настроении. «Виктор пьет у нас очень крепкий чай», — извинился за товарища другой Виктор.

Оба Виктора не пожелали назвать свои фамилии. «Нам такая известность ни к чему, — сказал более трезвый Виктор. — Знаешь, что меня бесит? Эта жуткая бюрократия — поплывешь на лодке на Чудское озеро и на каждом кордоне только и заполняешь разные бумаги: откуда, куда и надолго ли. Чушь полнейшая, ну куда я отсюда могу уехать», — сердится Виктор.

Побеседовать с одним из самых авторитетных жителей Венеции нам не удалось. Он сказал, что не заинтересован в разговоре.