По словам Кармель Эйкнер, сына Карла Эльмара (8) и дочь Каролийну Йозефийну (5) она отдала в русский детсад по двум причинам. «Во-первых, оба заговорили уже в полтора года, их рты практически не закрывались, и своей болтовней они, извините за выражение, всех достали, — вспоминает Кармель. — И я подумала: пусть они научатся чему-нибудь нужному. Русскому языку, например, поскольку знаю, как необходим он бывает в жизни». Выбор в пользу русского языка был сделан еще и потому, что старший, 17-летний сын Кармель Хенри две недели, по ее словам, не мог выучить, как по-русски будет «свекольный салат», хотя парень учился в английском спецклассе и имеет склонность к языкам.Кроме того, Кармель хотела, чтобы ее дети познакомились с другой культурой. Она задалась целью подыскать такой детский сад, в котором бы ни одна воспитательница не говорила по-эстонски. И ей это удалось. Таким детсадом оказался детсад «Päevalill», расположенный в самом центре Таллинна, который, кроме русских детей, посещали дети, для которых родным были турецкий, венгерский, чешский, немецкий, финский, английский языки и даже язык хинди. Как маленький русский После того как Карл Эльмар, которому сейчас восемь лет, проходил в детсад целый год, мама засомневалась в правильности своего решения. Дело в том, что за целый год сын не произнес ни одного слова на русском языке. Но однажды, когда Кармель пришла за сыном в садик чуть раньше, чем обычно, она услышала, что ее сын прекрасно говорит по-русски. «Вот только ругался он, как маленький пьяница! Почему-то лучше всего запоминал именно ругательства», — заметила с улыбкой Кармель. С Каролийной Йозефийной было проще — она освоила русский язык за полгода. Чтобы дети не забыли русский язык, Кармель решила съездить с семьей в Москву. «В основном для того, чтобы сын не забыл язык, в его школе преподавание русского языка не на высоте. В ресторане я ему заявила: сам заказывай. Выбор за тобой — закажешь или останешься голодным. И ведь получилось. Слышу заказывает: апельсиновый сок, ветчина… Причем говорит совсем без акцента. Прямо как маленький русский!» Как говорит сам Карл Эльмар, по-русски ему иногда приходится говорить и дома. «У папы друзья — русские, они по-эстонски не понимают. Я с ними по-русски говорю. Да и с друзьями по садику часто встречаюсь». Каролийна Йозефийна тоже переходит на русский язык дома, с куклами, например, она играет только по-русски. Больше всего Кармель нравится, что русские люди, за что бы ни взялись, все делают от души и с размахом. Делать — так делать, масштабно. «Это потому что у них темперамента больше, не то что у эстонцев с их скромностью», — пояснила Кармель и рассказала один случай из жизни — празднование Дня отца в детском саду. «Нам, конечно, сказали, чтобы мальчика надели понаряднее. Я решила, что вместо темно-синей футболки надену ему белую, и будет о´кей. Приходим мы в садик, и что я вижу — девочки с классическими большими бантами, мальчики в бархатных костюмчиках. Праздновать так праздновать! Мне это нравится. Больше мы так не прокалывались, Каролийна на праздниках всегда нарядная, в длинном розовом платье принцессы. Эту культуру в эстонской школе детям никто не преподаст. Я, по крайней мере, решилась на то, чтобы мои дети ее освоили». Мыслить масштабно! По словам Кармель, тот День отца стал в определенном смысле особенным. На празднике не просто читали стишки о любимых папах. Для них устроили настоящее соревнование: папы должны были взять на руки всю семью и вообще показать, на что они способны. По словам Кармель, ее дети стали гораздо смелее и раскованнее, менее избирательны в еде. В детском саду «Päevalill» еда отличается от той, что едят дома. «Мы никогда не позволяли своим детям привередничать в еде», — говорит Кармель. Она категорически не согласна с некоторыми своими знакомыми, по мнению которых она пытается добиться того, чтобы дети обрусели. Дети, говорит она, должны быть космополитами, потому что никто не знает, куда их забросит жизнь.
|
Предыдyщие новости
