На самом деле съемки 16-серийного фильма начались еще в январе, а сейчас съемочная группа приступила к эстонскому этапу съемок. Сериал создает московская киностудия «Дед Мороз», режиссер-постановщик Сергей Урсуляк. «Исаев» снимается по мотивам произведений Юлиана Семенова — романов «Бриллианты для диктатуры пролетариата» и «Пароль не нужен», а также рассказа «Нежность». Во всех этих произведениях действует молодой Максим Исаев. То он на востоке внедряется в ряды белогвардейцев, то на западе изобличает похитителей золота и бриллиантов из Гохрана.Съемки будут проходить где угодно, только не на Дальнем Востоке, где происходит значительная часть событий — в Крыму, в Ярославле, Костроме, Петербурге, Москве, а вчера они начались в Эстонии. Съемочная группа планирует пробыть здесь до августа. Съемки запланированы в Таллинне, в Хаапсалу. Это вполне объяснимо: ведь события, развивающиеся в романе «Бриллианты для диктатуры пролетариата (и одноименном художественном фильме, снятом на «Таллиннфильме» в 1975 году) во многом связаны с Эстонией. Впрочем, по словам режисссера, сериал «Исаев» будет мало похож на ту картину. Да и от романов Семенова, признает он, в сценарии допущены серьезные отклонения. А главное, иначе расставлены акценты: в фильме нет «хороших красных» и «плохих белых». Стол на восемь персон В среду поздно вечером у ресторана «Глория» было чрезвычайно многолюдно и оживленно. Полно машин, загруженных киноснаряжением. Внутрь несут катушки с кабелями, лестницы, тяжеленные ящики, всевозможную аппаратуру. Настоящая работа началась в начале второго ночи. Работники ресторана накрыли круглые, на восемь персон, столы, за ними заняла места эстонские артисты, занятые в массовых сценах. На сцене — шестеро музыкантов, которые, правда, только изображают, что играют каждый на своем инструменте. «Все на исходное! Приготовиться к репетиции! Тишина везде», — распоряжается по рации второй режиссер Наталья Серая. «Мотор! Камера! Фонограмма!» — командует Сергей Урсуляк. Играет музыка, и Ксения Раппопорт «запевает» песню. Начинает у сцены, двигается по залу, у крайнего стола присаживается на единственное свободное место, продолжает петь. Потом поднимается, двигается обратно к сцене, там песня завершается. А режиссер и оператор-постановщик Михаил Суслов тем временем внимательно смотрят на монитор. Одна и та же песня И снова: «Мотор! Камера! Фонограмма!» Иногда в паузах между пробами Урсуляк выходил в зал. «Дорогие артисты массовых сцен! Вы же не персонажи из музея восковых фигур, можно и кушать, и пить», — обратился он к сидящим за столами артистам. Рекомендациям они вняли: во время следующей пробы вилки и ножи так и стучали. В какой-то момент послали гонца спросить, можно ли режиссеру курить. Тот вернулся, развел руками: нельзя, хозяин ресторана не курит. Тем не менее, Урсуляк сигарету достал, но только мял пальцами. В половине третьего неожиданно появился Исаев — вернее, играющий его артист Даниил Страхов. Обнялся с Натальей Серой, с Михаилом Петровичем, посмотрел, что да как — и исчез так же внезапно, как и появился. А Ксения Раппопорт все пела и пела, одну и ту же песню. Съемочную группу все что-то не устраивало. Наконец, объявили перерыв. Внизу подвезли горячее питание, можно перекусить. В зале тем временем установили рельсы — теперь оператор Толя с помощниками будет передвигаться на колесах. «Всем на исходное! Тишина! Приготовиться к съемке!», — командует Наталья Серая. К съемке? До сих пор она говорила — к репетиции. Да, это уже съемка. Массовку снабдили сигаретами и спичками образца двадцатых годов. «А можно ли им курить? — озабоченно спросил кто-то из съемочной группы. — Вдруг выгонят нас отсюда к чертовой матери...» Решили, что ради искусства все же можно. И только в начале шестого утра режиссер, наконец, сказал ей: «Все, Ксюша, отдыхай». Таким образом, за ночь отсняли эпизод, который в фильме длится 3-4 минуты. «Массовка свободна, рабочие на площадку, готовимся к следующей сцене», — скомандовал режиссер.
|
Предыдyщие новости
