На улицах и в ресторанах Хельсинки нередко можно встретить совершенно не отличимых от финнов людей, говорящих по-русски. После дефолта 1998 года в России сформировался на удивление сильный средний класс. Однако образование среднего класса не повлекло за собой ожидаемых позитивных перемен: стабилизацию общества, равного распределения богатства и большего свободомыслия.Равнодушное отношение путинской России к тому, что большинство населения страны пребывает в бедности, подтачивает страну. Это, в свою очередь, подпитывает авторитарность и направляет к ложным целям. Класс нуворишей, обогатившийся за счет государства, кичится своим богатством и покупает дома в шикарных районах Лондона. Беднота, которой не достались плоды экономического роста, видит врагов в тех, кто ничем не угрожает властям предержащим: например, в грузинах. При этом президент Путин говорит о «необходимости прежде всего гарантировать права коренного населения». В результате в основу нового национального самосознания закладывается ненависть. Вновь появляется пристрастное отношение к Западу. Раскол между ценностями России и ЕС наиболее ярко выражается в отношении к гражданам и их правам. ЕС основан на либерально-демократическом представлении о том, что государство должно гарантировать гражданам конституционные права, которые защищает судебная власть. В России государство оставляет за властями предержащими право толковать права граждан. «Своеобразная» демократия В Европейский суд по правам человека больше всего жалоб поступает именно из России. Суду приходилось, к примеру, выносить решения в отношении гражданских лиц, чеченцев по национальности, которых пытали и убивали военные. Нередко люди, обратившиеся с иском против российского государства, становились объектом ненависти, их даже убивали. Накануне Рождества Госдума России — единственной из стран, входящих в Совет Европы, — отказалась ратифицировать протокол, направленный на то, чтобы ускорить работу Суда по правам человека. На Западе привыкли говорить, что от России, у которой было слишком мало времени на развитие демократии, не стоит ждать слишком многого. Кое-кто склоняется к мысли, что российская демократия «своеобразная». Между тем, было бы неправильно позволить России так легко отделаться. Неправильно в отношении прежде всего тех россиян, которые поверили, что членство России в таких международных организациях, как Совет Европы, гарантирует им те же права, которые есть у нас. Продолжая отстаивать права российских граждан, мы тем самым не позволим России вновь превратиться в страну, представляющую опасность для соседей. России следует прямо напоминать о тех обязанностях, которые она несет, как европейская страна. Единая политика ЕС В последнее время, после того как озабоченность отходом России от демократии проявили не только Эстония, Латвия, Литва, Польша, но и другие государства, об этом стали говорить еще более откровенно. Даже Финляндия, руководство которой привыкло еще со времен Советского Союза сохранять осторожность, и та осмеливается выступать с неслыханными прежде оценками в отношении России. Сказывается позитивное влияние Европы. Переговоры о новом договоре о сотрудничестве между ЕС и Россией планировалось начать еще прошлой осенью. Однако когда Польша из-за спора с Россией, наложившей запрет на ввоз польского мяса, отказалась приступить к переговорам, катастрофы не случилось. Прежний договор продолжает действовать автоматически. В то же время эпизод с экспортом мяса обнажил нашу слабую сторону: ЕС не в состоянии договориться о единой политике в отношении России. Слабость одного оказывается на руку другому: Путин, разобщив для начала ЕС, умудряется бить в самую середину и победителем покидать встречи в верхах. Газопровод по дну Балтийского моря, в отношении которого сейчас проводится экологическая оценка, может стать поводом для еще более яркой сольной партии. В конце прошлого года Европарламент выступил с предложением выработать единую стратегию ЕС в отношении Балтийского моря. Если бы у ЕС была такая стратегия, вопрос о прокладке газопровода рассматривался бы на едином форуме, а не был бы решен Путиным и тогдашним канцлером ФРГ Герхардом Шредером. Новый договор не может быть заключен до тех пор, пока не будут обговорены главные его пункты. Следует отказаться от подхода, о котором накануне встречи на высшем уровне ЕС и России говорил президент Путин: «...говоря об общих ценностях, нельзя не учитывать исторически сложившееся многообразие единой европейской цивилизации. Бесперспективно и глубоко ошибочно навязывать здесь какие-либо «усредненные» искусственные шаблоны». Вопрос не в искусственных шаблонах, а в международных организациях и правовых нормах. Точно также совершенно нормально договориться о государственных границах до того, как будет достигнута договоренность о сотрудничестве. Эстония и Латвия — при поддержке ЕС — должны подписать пограничные договоры с Россией как можно быстрее, ведь речь идет о границе ЕС. Однако, судя по позиции Брюсселя в отношении пограничного вопроса, этого не скажешь. Оппозиция необходима В начале декабря по приглашению заместителя председателя Госдумы Олега Морозова я побывала в России. Приглашение я получила после того, как в июне на торжественном собрании по случаю 100-летней годовщины парламента Финляндии я выступила с докладом, посвященным недостаткам демократии в России. Мы спорили о демократии, отбросив привычные дипломатические выражения. Во время нашей беседы Морозов говорил о том, что России необходим независимый телеканал. Он не отрицал, что проблемы есть в судебной системе. Когда зашла речь о политической оппозиции, Морозов поинтересовался, кому, как мне кажется, «Единая Россия» рискнет отдать власть: Владимиру Жириновскому или Гарри Каспарову? Я обомлела — ведь в демократии власть не ограничивают: ее получают в результате выборов. Оппозиция существует для того, чтобы напоминать правительству о его слабых местах и помогать управлять. В конце этого года в России пройдут парламентские выборы. Надо полагать, Кремль при поддержке сил, поддерживаемых службами безопасности, будет бороться за то, чтобы Путин оставался у власти. Российский народ достоин оппозиции по той простой причине, что государство с ее помощью получит лучшее правительство. Нет никаких причин стыдиться и бояться поддерживать пока еще слабую демократическую оппозицию России, часть которой вынуждена была уехать из страны. Руководители России должны понять, что их разговоры о суверенитете не вписываются в мир без границ. Гражданское общество выходит за рамки государственных границы, и это замечательно. Несмотря на пессимизм, окно в Россию приоткрылось. Так воспользуемся же этим.
|
Предыдyщие новости
