Премьер-министр считает, что для успешной работы премьер и ключевые министры должны быть однопартийцами.

По словам Ансипа, коалиция составила сильную правительственную программу. Цель — продолжение успешного экономического развития и подъем уровня жизни до конкурирующего с уровнем европейских стран.

 В политических кругах поговаривают, что Андрус Ансип до сих пор еще опьянен успехом на прошедших выборах и витает в облаках. А не пришло ли время опуститься на землю?

Я лично не считаю, что витаю в облаках. Разумеется, я благодарен своим избирателям за столь серьезную поддержку (в Харьюмаа и Рапламаа Андрус Ансип собрал рекордное число голосов —

22 540. — Ред.), но она не стала для нас очень большой не­о­жиданностью.

Те, кто следит за результатами опросов населения, уже полтора года назад должны были обратить внимание на то, что популярность тогдашнего правительства была необыкновенно высока.

Но, судя по предвыборным опросам, победу предсказывали Центристской партии. Каким образом Партии реформ в последний момент удалось вырваться вперед?

Но вы посмотрите на наши обещания! Мы все время верили в победу.

Во время коалиционных переговоров Партию реформ упрекали в излишнем давлении и навязывании своего мнения. Так, вы выдавили из правительства Марта Лаара. Как это может сказаться на дальнейшем сотрудничестве между членами коалиции?

Март Лаар не должен был оставаться вне кабинета, мы ждали его в правительство. Но при определении состава правительства я опирался на принципы, от которых не мог отказаться. Министр иностранных дел обязательно должен быть из той же партии, что и глава правительства, — между ними должно царить полное взаимопонимание.

Портфель министра финансов должен достаться той партии, которая больше всех желает потратиться, так как только в этом случае можно добиться хорошего бюджета, которым все были бы довольны.

Так Объединение Союз Оте­чества и Res Publica само решало, как они заполнят свои вакансии в кабинете министров?

Это был их собственный выбор, то есть они делали это по собственному усмотрению. Март Лаар мог бы занять пост министра экономики или обороны. Я с самого начала заявлял, что буду рад, если в составе моего правительства будут бывшие премьеры; то же самое было и с Эдгаром Сависааром.

Какой-либо конкуренции я уж точно не боюсь. Было бы неверно думать, что правительство комплектуется, как команда для игры в народный мяч, когда капитаны сами выбирают себе членов команды.

Нам нужно дружное, эффективно действующее правительство, а не соперничающие группировки.

Очень важно, чтобы и министр юстиции был однопартийцем премьера, поскольку наряду с министром финансов он является тем человеком, который обязан проверять все правительственные законопроекты. Если бы министр юстиции был из другой партии, то я не знал бы, что действительно творится в стране.

Внешне новое правительство начало работу относительно дружной командой. Или уже проявились какие-то разногласия?

Некоторые моменты, с которых правительство начало работу, были оговорены уже во время коалиционных переговоров. Мы подготовили очень хорошую правительственную программу.

О разногласиях в правительстве пока еще рано говорить. Но, думаю, в будущем их не избежать, поскольку там, где все думают одинаково, на самом деле по-настоящему не думает никто.

Первые программы реформ уже объявлены. Идея Рейна Ланга ликвидировать уездные управы напоминает программу административной реформы, которая несколько лет назад застопорилась именно из-за противодействия Партии реформ. Так что, теперь ветры дуют в другом направлении?

Предложение ликвидировать уездные управы — это скорее идея, чем конкретный план. Это надо еще хорошенько обсудить.

В свое время у уездных управ было больше задач, чем сейчас. Они больше не распределяют деньги между самоуправлениями, больше не занимаются ни учреждениями призрения, ни школами.

Конечно, все функции уездных управ передать самоуправлениям не удастся, но вопросы общего развития уезда в будущем обязательно в большей степени лягут на плечи союзов самоуправлений.

А принудительного объединения самоуправлений я не одобряю, поскольку европейский опыт показывает, что это скорее приводит к скачкообразному росту административных расходов.

Банк Эстонии предсказывает снижение темпов экономического развития. Разве при этом не возникает опасности того, что доходов бюджета будет недостаточно для выполнения обещаний, заложенных в коалиционном соглашении?

Мы составляли свои прог­нозы весьма консервативно. Так не бывает, что экономика в течение длительного времени растет по 11–12 процентов в год. Быстрый экономический рост в течение продолжительного периода скорее ведет к ухудшению общей экономической ситуации.

На самом деле в последние три года как Банк Эстонии, так и правительство принимали меры, которые должны воздействовать на кривую роста экономики. Самое эффективное средство для этого — госбюджет — находится в руках правительства.

> Читать далее