Ну что, теперь мы должны пригвоздить себя к позорному столбу? И неважно, что обвинения голландского посла о нетерпимости не имеют под собой оснований, мы все равно, потупив взор, позволим себя перевоспитывать?

Давайте подойдем к этому со всей здравостью ума. А этот ум подсказывает, что абсолютно неправильно опускаться до мазохистского самобичевания из-за того, будто бы мы, эстонцы, в Европе представляем собой эталон нетерпимого отношения к меньшинствам. Совсем наоборот. Мы, эстонцы, можем гордо поднять голову, так как мы в Европе — воплощение толерантности.

Ярким подтверждением тому является наше отношение к меньшинству, представлявшему наибольшую опасность для существования эстонцев, — к русским. Более полувека они олицетворяли чужую власть, помогая в 1970-1980-е годы проводить политику русификации, первая волна которой прокатилась здесь еще в конце позапрошлого века.

К тому же отношения между русскими и эстонцами даже отдаленно не напоминают тех, что в последнее время складываются, например, у голландцев и французов с «их» мусульманами.

Толерантность эстонцев по отношению к русским ничуть не уменьшило и то обстоятельство, что в число этого меньшинства входит непропорционально много проблемных представителей: преступников, проституток, наркоманов. Все равно к русским относятся как к своим, когда комплектуют олимпийские сборные или команды для участия в научных олимпиадах.

Что же касается особенного интереса эстонцев к неграм и другим небелым, то тут не стоит спешить с выводами.

Чернокожий Джордж Джексон, бывший баскетболист «Калева», сказал во время недавнего визита в Таллинн, что нет ничего странного в том, что тут на него глазеют и тычут в его сторону пальцем.

Просто в Эстонии так мало людей черной расы, что каждый ее представитель привлекает внимание, объяснил он.

Отношение же эстонцев, не приемлющих гомосексуалистов, можно объяснить инстинктом самосохранения народа (по крайней мере пусть появится теория получше). Возможно, в подсознании постоянно сидит, что нас и так мало, и чем больше будет однополых отношений, тем более явной станет угроза вымирания народа.

Так что лакмусовой бумажкой на толерантность может служить единственно отношение к здешнему самому многочисленному меньшинству. И на фоне этого позитивного отношения было бы интересно посмотреть, что осталось бы от толерантности Старого Света, если бы тамошние меньшинства, например, мусульмане, превратились бы в столь же многочисленную диаспору, как русские в Эстонии?

Бьюсь об заклад, что терпимость Европы закончится задолго до того, как проживающие в ней меньшинства успеют вырасти до таких размеров, как в Эстонии.

Советуете эту новость другим читателям?

Оценка: 0